князья урусовы биография

Алексей МихайловичПРЕДЫДУЩИЕ СТАТЬИ [ ][ ] ПОСЛЕДУЮЩИЕ СТАТЬИ ( ) ( ) ( ) ( ) ( ) ( ) ( ) ( ) Алексей Михайлович, второй царь из дома Романовых. Родился 10 марта 1629 года, царствовал с 13 июля 1645 года по 29 января 1676 года. До пятилетнего возраста оставался на попечении у царских "мам". С пяти лет, под надзором , он стал учиться грамоте по букварю, затем приступил к чтению часовника, псалтыри и деяний Св. Апостол; в семь лет начал обучаться письму, а в девять - церковному пению. Когда ему было 11 - 12 лет, у него составилась маленькая библиотека; из книг, ему принадлежавших, упоминаются, между прочим, лексикон и грамматика, изданные в Литве, а также космография. В числе предметов "детской потехи" будущего царя встречаются: конь и детские латы "немецкого дела", музыкальные инструменты, немецкие карты и "печатные листы" (картинки). Таким образом, наряду с прежними образовательными средствами, заметны и нововведения, которые сделаны были не без прямого влияния Б.И. Морозова. Последний одел в первый раз молодого царевича с братом и другими детьми в немецкое платье. На 14-м году царевича торжественно "объявили" народу, а 16-ти лет он, лишившись отца и матери, вступил на престол московский. Целый ряд тревожных вопросов волновал в то время русскую жизнь. Слишком мало подготовленный к их разрешению, А. первоначально подчинился влиянию Морозова, но вскоре стал принимать самостоятельное участие в делах. Судя по его собственным письмам, отзывам иностранцев (Мейерберга, Коллинза, Рейтенфельса, Лизека) и отношениям его к окружающим, он обладал замечательно мягким, добродушным характером, был, по словам , "гораздо тихим". Духовная атмосфера, среди которой он жил, развила в нем религиозность. По понедельникам, средам и пятницам царь во все посты ничего не пил и не ел и вообще был ревностным исполнителем церковных обрядов. Внутреннее религиозное чувство развивало в нем христианское смирение. "А мне, грешному, - пишет он, - здешняя честь, аки прах". Добродушие иногда, однако, сменялось кратковременными вспышками гнева. Любитель и знаток церковной службы, А. Михайлович позволял себе иногда грубую брань в храме, когда замечал какой-нибудь непорядок. Однажды царь, которому пускал кровь немецкий "дохтур", велел боярам испробовать то же средство. Р. Стрешнев не согласился. Царь собственноручно "смирил" старика, но затем не знал, какими подарками его задобрить. А. был отзывчив на горе и радость близких к нему людей. Замечательны в этом отношении его письма к и князю Н. Одоевскому. В страсти к соколиной охоте выразились эстетические наклонности А. Михайловича, большого любителя красивых зрелищ. Человек от природы умный и даровитый, он много читал, писал письма, составил "Уложение сокольничья пути", пробовал писать свои воспоминания о польской войне, упражнялся в версификации. Он выступил на историческую сцену в один из самых сложных моментов в жизни московского государства. "Разносторонние отношения", старинные и недавние, шведские, польские, крымские, турецкие, западнорусские, социальные, церковные, как нарочно, в это царствование обострились, встретились и перепутались, превратились в неотложные вопросы и требовали решения, не соблюдая своей исторической очереди, и над всеми ними, как общий ключ к их решению, стоял основной вопрос: "оставаться ли верным родной старине, или брать уроки у чужих?" (профессор ). Впечатлительная натура царя влекла его к новым культурным течениям, уже прорывавшимся в московской жизни и выражавшимся в усвоении сначала внешних форм западноевропейского быта. А. охотно знакомился с разными заморскими диковинами. Он любил "комедийные действия", устраивал у себя вечерние пирушки с иноземной музыкой и танцами, вообще внес в свой личный обиход и в окружавшую жизнь больше свободы и движения. Понимая необходимость более широкого образования, чем то, которое до тех пор получали царские дети, он взял в наставники своим детям ученого , который учил царевичей латинскому и польскому языкам. Но, легко увлекаясь разными новшествами, А. не был способен стать во главе преобразовательного движения. Мягкий и созерцательный, он любил видеть во всем вокруг себя порядок, гармонию, "чин": "Без чина, - говорил он, - всякая вещь не утвердится и не укрепится". "Как человек порядка, а не идеи и увлечения, готового расстроить порядок во имя идеи, он готов был увлекаться всем хорошим, но ничем исключительно, чтобы ни в себе, ни вокруг себя не разрушить спокойного равновесия". Неспособный стать вождем преобразовательного движения, А. охотно выдвигал и поощрял людей, одаренных более или менее крупными реформаторскими талантами; таковы были А.Л. Ордин-Нащокин, патриарх , , . Современники отметили, что А. Михайлович вступил на престол при иных условиях, чем его отец. По свидетельству Котошихина, А. Михайловича "обрали на царство" духовные власти, бояре, служилые, торговые и всяких чинов люди; но при этом молодой царь не принял на себя обязательств, какие взяты были с его отца. "А нынешнего царя обрали на царство, - пишет Котошихин, - а письма он на себя не дал никакого, что прежние цари выдавали, и не спрашивали, потому что разумели его гораздо тихим, и потому пишется самодержцем и государство свое правит по своей воле". Олеарий подтверждает, что А. Михайлович был избран земским собором. Он хорошо усвоил себе традиционный взгляд на высоту и могущество самодержавной власти. "Бог благословил, - писал он, - и предал нам, государю, править и рассуждать люди своя на востоке и на западе и на юге и на севере вправду". Одного из своих воевод он наставлял, что "лучше слезами, усердием и низостью (смирением) перед Богом промысел чинить, чем силой и славой" (надменностью). В 1652 году царь писал князю Одоевскому: "А мы, великий государь, ежедневно просим у Создателя и у Пречистой его Богоматери и у всех святых, чтобы Господь Бог даровал нам, великому государю, и вам, боярам, с нами единодушно люди Его световы управить вправду всем ровно". Следуя традиции - управлять государством по совету с боярами, - А. Михайлович усердно готовился к заседаниям боярской думы, как показывает сохранившаяся собственноручная его записочка: "о чем говорить с бояры". Гуманный характер власти А. Михайловича отмечен иностранцами. По словам Мейерберга, достойно было удивления, что царь, обладавший беспредельной властью над народом, который привык к полному рабству, не посягнул ни на чью честь и имущество. Задумав жениться, А. в 1647 году выбрал себе в жены дочь Рафа Всеволожского, но отказался от своего выбора вследствие интриг, в которые, вероятно, замешан был Морозов. В 1648 году, 16 января, царь вступил в брак с ; вскоре затем Морозов женился на сестре ее Анне. Таким образом, Морозов и тесть его приобрели первенствующее значение при дворе. К этому времени, однако, уже ясно обнаружились результаты плохого внутреннего управления Б.И. Морозова. Царским указом и боярским приговором 7 февраля 1646 года установлена была новая пошлина на соль, заменившая не только прежнюю соляную пошлину, но и ямские и стрелецкие деньги; она превосходила рыночную цену соли приблизительно в 1 1/2 раза и вызвала сильное недовольство населения. К этому присоединились злоупотребления Милославского и молва о пристрастии царя и правителя к иностранным обычаям. Все эти причины вызвали бунт народный в Москве и беспорядки в других городах. 25 мая 1648 года народ стал требовать у царя выдачи Б. Морозова, затем разграбил его дом и убил окольничего Плещеева и думного дьяка . Царь поспешил тайно отправить Морозова в Кириллов монастырь, а народу выдал окольничего . Новая пошлина на соль отменена была в том же году. После того, как народное волнение стихло, Морозов возвратился ко двору и пользовался царским расположением, но не имел прежнего значения в управлении. А. Михайлович возмужал и уже более не нуждался в опеке; сам он писал Никону в 1651 году, что "слово его стало во дворце добре страшно". Слова эти, однако, на деле не оправдались. Мягкая, общительная натура царя нуждалась в советчике и друге. Таким "собинным", особенно любимым, другом стал Никон. Будучи в то время митрополитом в Новгороде, где со свойственной ему энергией он в марте 1650 года усмирил мятежников, Никон овладел доверием царским, посвящен был в патриархи 25 июля 1652 года и стал оказывать прямое влияние на дела государственные, нося даже титул "великого государя". Московский мятеж 1648 года, отразившийся и в других городах (Сольвычегодске, Устюге-Великом, Новгороде, Пскове), ярко обнаружившаяся ненависть народа к "сильным" людям, ропот против самого царя, которого молва обвиняла в попустительстве злоупотреблениям этих "сильных" людей, повлияли на ускорение крупного государственного предприятия - кодификации законодательства, в чем давно уже чувствовалась потребность. По приговору царя с боярской думой и освященным собором, 16 июля 1648 года, поручено было особой комиссии из пяти лиц (бояр князей Одоевского и Прозоровского, окольничего князя , дьяков Леонтьева и Грибоедова) составить проект Уложения. К 1 сентября были вызваны в Москву на собор выборные люди разных чинов государства. 3 октября царь с духовенством и боярами начал слушать составленный комиссией проект, который в то же время читался выборным людям, существенно повлиявшим своими челобитьями на решение некоторых важных законодательных вопросов. Пока составлялось Уложение, там и сям еще вспыхивали мятежи. В январе 1649 года ходили толки о возможности нового восстания в столице. По словам патриарха Никона, и самый собор для составления Уложения был созван "боязни ради и междоусобия от всех черных людей, а не истинной правды ради". По окончании Уложения, по приказу царя духовенство, думные и выборные люди закрепили его своими подписями. Напечатанное в том же 1649 году и разосланное по приказам и воеводским канцеляриям, Уложение не только завершило собой ряд процессов нашей внутренней жизни, начавшихся со смуты и под ее влиянием, закрепило законом положение государства, создавшееся из этих процессов к половине XVII века, но явилось также основой и для дальнейшего развития законодательства. С течением времени оно пополнялось по отдельным пунктам новоуказными статьями. Таковы были при А. Михайловиче статьи о разбойных и убийственных делах (1669), о вотчинах и поместьях (1676). По мысли правительства издание Уложения должно было внести порядок и закономерность в управление и утишить народное недовольство. Вскоре, в начале 1650-х годов, выдвинулись на первый план дела внешне

Алексей Михайлович